Бенджамин Франклин Прежде чем советоваться с прихотью, посоветуйся со своим кошельком.

Нож в спину, Или новогодний подарок М.Баходира

Алишер Таксанов

Мои друзья просили как-то прокомментировать то, что написал недавно Мусаев. Честно говоря, я был в шоке от прочитанного, и мне понадобилось время для того, чтобы прийти в себя. Нож в спину вонзил человек, который много лет считался моим другом и с которым я делил все радости и невзгоды.

Мне говорили, что Мусаев не тот, за кого он себя выдает, будь с ним осторожен, но я игнорировал эти предупреждения. Не проанализировал я и то, что почему мой отец, который был закадычным другом Мусаева, перед смертью вообще расстался с ним. Наверное, он его "расколол". И спустя много лет, когда я стал диссидентом, Мусаев как-то всплыл на моем пути и вошел в доверие. Новогодний "подарок", который он преподнес мне, был жестоким, но точным и хладнокровным, как и полагается специалисту черного дела.

А ведь еще недавно, в конце декабря, сидя в холодном кафе в присутствии журналиста зарубежной радиостанции, мы уплетали яичницу с сосисками, вели мирную беседу и Мусаев укорял меня, мол, ты зачем пишешь в Интернет, настраиваешь против себя власти, все твои статьи - это холостые выстрелы. Затем проявил недовольство, что в статье о кланах я сослался на него и его исследования в этой сфере. "Меня вызвал высокий чиновник из СНБ и отчитал, - ругался Мусаев, - а я ведь обещал больше ничего не писать против власти. А СНБ мне обещала теплое местечко. Ты своей статьей все испортил". Он признался, что часто встречается на конспиративной квартире с чекистами, так как еще в 1993 году после допросов в связи с контактами с Мохамадом Солихом написал бумагу, что будет сотрудничать с СНБ с целью сохранения безопасности страны. Впрочем, это знали многие, так как Мусаев не скрывал это. Надеюсь, это подтвердит и третий участник нашей беседы.

После того, как Бобомурад Абдуллаев написал статью о ситуации с моей аккредитации, в Интернете начался травля на меня. Там была смесь правды с чудовищной ложью. Это показалось мало для спецслужб и, видимо, на конспиративной квартире Мусаеву сказали: фас! И он кинулся кусать человека, к котором притерся как друг.

Бред, который он написал в письме, я не собираюсь комментировать. Во-первых, потому, что мне омерзительно говорить с внедренным агентом, а во-вторых, вспомнил присказку: два мужика ругаются, а рядом стоит махалля и следит за этим процессом. Тут один говорит: "А твоя дочь - проститутка!" Второй теряет дар речи. Толпа расходится, считая, что скандал закончился. Тут второй приходит в себя и говорит: "Но ведь у меня нет дочери", на что первый отвечает: "А ты теперь пройди к каждому и докажи, что у тебя нет дочери". Я не собираюсь оправдываться на потеху публике Мусаеву, который этого только и ждет, чтобы начать склоку и выставить меня еще в более неприглядном виде - это он умеет как профессионал.

В свою очередь я не собираюсь копаться в его грязном белье и выставлять это наружу, так как, во-первых, это не мое ремесло, а во-вторых, я бы ничем не отличался от Мусаева. Я поступлю так, как это сделала в свое время академик Убайдуллаева - просто проигнорирую его и его последующие письма.

Я благодарен ему в одном: он открыл мне глаза, кто он есть на самом деле, а также, что нужно уметь выбирать друзей. Для меня нет такой личности, как Мусаев, он - неприятная, но перевернутая страница моей жизни и "персона нон грата" в моем доме".

ДЛЯ ПУБЛИКИ: Извините, но "Большой стирки" не получилось.